August 31st, 2011

О сделке Роснефти с ExxonMobil

Михаил Крутихин
Крутихин: Поскольку переговоры о сотрудничестве в Арктике велись и с Exxon Mobil, и с Shell, и с Eni, и с Total, и с ВР в конечном итоге. Но я бы не стал сравнивать эти сделки со сделкой с ВР, потому что главный смысл той затеи – был обмен акциями, чтобы российская компания получила что-то в крупной западной компании, а западная компания как бы облагородила «Роснефть» своим присутствием в числе акционеров. Месторождения в Карском море были каким-то таким камуфляжем для этой сделки. В данном случае речь может идти о реальном сотрудничестве, но я не спешил бы с выводами, поскольку когда мы говорим «соглашение о стратегическом сотрудничестве», это еще пока ничего не значит – это заявление о любви и дружбе.

Второе – у «Роснефти» нет никакого опыта работы на шельфе. У нее небольшое подразделение – «Сахалинморнефтегаз» - которое работает в качестве партнера на Сахалине, но в самой компании нет даже департамента, который мог бы заниматься шельфовыми работами, нет ни одного специалиста. Департамент формируется, хотя без особой охоты, медленно.

Макеева: Есть объявление, что будет совместный центр арктических исследований.
Крутихин: Это было то же самое, что они объявили с ВР, и этот центр так и заглох, потому что с российской стороны туда некого вставлять. Стали приглашать с Сахалина – там 300 специалистов работает – практически никто ехать в Москву не хочет, они там так хорошо присоседились к тому же самому Exxon Mobil, с которым огни плотно работают, к Shell и другим компаниям, которые на Сахалине вполне успешно сотрудничают.
Самое интересное. Москва оголенная, там нет специалистов по шельфу. И когда говорят, что «Роснефть» будет работать в Мексиканском заливе, а чем она там может вообще помочь?
Да абсолютно ничем. Может быть, деньги вложит в какое-то совместное предприятие, потому что опыта нет, технологий нет, нужно все покупать из-за границы, ничего нет.

Крутихин: Отчасти это пиар, а отчасти это, конечно, интерес Exxon Mobil – вдруг да что-нибудь получится, вдруг дадут на каких-то условиях? Потому что сейчас получается так, что хорошие иностранные компании в Россию не идут, и наши уже, может быть, согласны поменять правила игры, чтобы хоть кого-то сюда затянуть. Попытки делаются.

Казнин: Деньги на геологоразведку уже, говорят, какие будут потрачены со стороны Exxon Mobil.
Крутихин: Разведывать можно. Дело все в том, что если это те же самые блоки, о которых говорилось в соглашении с ВР, это Карское море. А в Карском море идет мелководье, а потом обрывается до 400 метров глубины – и как там вести сейсмическую съемку, это довольно затруднительно. Это можно делать примерно два месяца в году. Года три потратят на эту самую сейсмическую съемку, посмотрят, какие там структуры, потом пробурят скважину и поймут – там минеральная вода или нефть и газ. Никто пока еще этого не знает. Вдруг сейчас начнут очень-очень активно работать, свершится чудо какое-то, все бросят туда все, что только можно? Хотя в мире сейчас не хватает буровых установок, чтобы там работать. Если туда бросят, считайте, лет через 7, может быть, начнется освоение, если откроют месторождения, и лет через 10-15 оттуда пойдет первая нефть.

Крутихин: Подписать такое соглашение могли когда угодно, как угодно, если очень попросит Россия, для пиара это очень хорошо. Давайте посмотрим, у любой российской компании шкафы полны соглашений о стратегическом сотрудничестве с другими иностранными компаниями. Что из них осуществляется?

Крутихин: Я не очень верю, что «Роснефть» способна там что-то делать. Она очень рвется на различные иностранные проекты, ее не очень пускают, у нее мало иностранных проектов, мало опыта в этом. Даже «Лукойл», компания более-менее цивилизованно-западная, попав в Америку, она сначала приобрела там сеть бензозаправочных станций, а потом, посмотрев, потихонечку стала сворачивать эту сеть, поскольку не ее это поле для деятельности.

Крутихин: У «Роснефти» нет на это опыта - на то, чтобы работать за границей. В России она работает в тепличных фактически условиях, когда ей, во-первых, лицензии безо всякого конкурса предоставляются на очень хорошие месторождения в Восточной Сибири, на шельфе и т.д. Ей предоставляются привилегированные условия для транспортировки нефти и нефтепродуктов, например, на Дальнем Востоке, каких ни у кого там нет. Иностранной компании, да и другой частной российской компании такого от правительства не дождаться. Это особая компания. И когда она попадет за границу, то ей надо будет пробиваться через кого-то российскими методами. А российские методы часто не работают.

Макеева: Я еще хочу про арктический шельф спросить, по поводу этой суммы – 500 млрд. инвестиций – и только ли это туда? В принципе, кто-то попытался всерьез высчитать, сколько будет стоить этот проект, разработка арктического шельфа, кто-то всерьез к этому приступал?
Крутихин: Всерьез – нет. Это очень дикие совершенно оценки. Оценивали, например, есть такая программа у «Газпрома», она подписана с Ямало-Ненецким автономным округом, об освоении Ямала и прилегающих к нему морей. В принципе, эта программа рассчитана где-то на $80-90 млрд. - это не $500 млрд. – до 2035 года примерно она должна растягиваться. Это очень приблизительные прикидки. Мало того, если вы заглянете в эту программу, в 13-й пункт, там есть такой раздел, который говорит об экономической целесообразности всей программы. Там есть табличка – выгодно или невыгодно, и какой будет pay-back, рентабельность всего этого хозяйства по двум сценариям. Написано, первое: возврат инвестиций – 21 год, 19 лет и 20 лет.
http://tvrain.ru/news/mikhail_krutikhin_glavnaya_tsel_exxon_mobil_eto_pr/

ЕxxonMobil станет партнером «Роснефти» в арктическом проекте стоимостью в $500 млрд
http://gazeta.ru/business/2011/08/30/3750009.shtml

Несколько комментариев:
1) Пресловутый "Запад" в очередной раз подтвердил, что, ради нефти, он готов идти на сделки с кем угодно.
2) "Роснефть" призналась, что своих технологий разработки арктических месторождений у России нет. Вот и приходится идти на поклон к супостатам.
3) Если я правильно понимаю, "Роснефть" собирается вложиться в американскую экономику уже сегодня, т.к. месторождения и в Мексиканском заливе, и, тем более, в Техасе давно разведаны. А вот Exxon будет вкладыватсья в Россию только после того, как будет доказано, что нефть в Арктике есть, и что добывать её экономически эффективно. Подозреваю, что это будет за пределами 2024 года, т.е. в политические сливки снимать, скорее всего, будет кто-то другой. А пока, "Роснефть" будет поддерживать отток капитала из России. Пусть, даже, и легальный. Но сточки зрения того, где будут работать российские сбережения, это - неважно.
И, наконец, алаверды к комментарию г-на Сечина: если сделка с ВР была менее выгодной, то зачем её заключали? Неужели только для того, чтобы "отмыть" акции, национализированные у ЮКОСа?
http://saleksashenko.livejournal.com/121494.html
Из комментариев к записи
akteon:
Гм, но Экссон в российскую экономику тоже кой-чего вложит, причем, более-менее сразу и с весьма большим риском.

Что технологий морской добычи в России ... ну вот и начинают проект, чтобы поучиться.

Вложения Роснефти в американские проекты вещь тоже не обязательно плохая - похоже, там идет своп, вместо того, чтобы взять за долю в Карском проекте деньгами, они берут долями в проектах. В теории, конечно, они могли б взять деньгами и раздать дивиденды, но думаю, что ожидаемая доходность американских проектов тоже неплоха и достаточно скора. А если говорить о том, что эти деньги могли б быть проинвестированы в России, то это вопрос не столь простой. При нынешних налогах особо некуда там инвестировать. Денег-то вокруг вагон, банки их предлагают - бери, не хочу. Проектов нет.

«Роснефть» нашла замену ВР в лице ExxonMobil
http://www.rbcdaily.ru/2011/08/31/tek/562949981372115

И.Сечин: "Роснефть" получит доли в 6 проектах ExxonMobil
http://top.rbc.ru/economics/30/08/2011/613096.shtml

Новым партнером "Роснефти" по Арктике стала ExxonMobil
http://top.rbc.ru/economics/30/08/2011/613080.shtml

"Роснефть" и ExxonMobil будут совместно работать на фондовых рынках
http://top.rbc.ru/economics/30/08/2011/613097.shtml