?

Log in

No account? Create an account
 
 
05 July 2012 @ 09:00 am
Илларионов: динамика ненефтегазового дефицита федерального бюджета  
Знакомство с динамикой ненефтегазового дефицита федерального бюджета за последние 15 лет вносит коррективы в широко распространенное представление о качестве проводившейся в эти годы бюджетной политики.



Определения терминов и выбор периода для рассмотрения:
Нефтегазовые доходы федерального бюджета – все доходы федерального бюджета рентного характера, связанные с реализацией на внутреннем и внешнем рынках нефти, нефтепродуктов и газа.
Ненефтегазовые доходы федерального бюджета – все доходы федерального бюджета за исключением доходов рентного характера, связанных с реализацией на внутреннем и внешнем рынках нефти, нефтепродуктов и газа.
Ненефтегазовый дефицит федерального бюджета – разница между ненефтегазовыми доходами федерального бюджета и его расходами.
Квартальные значения (для первых кварталов соответствующих лет) бюджетных показателей избраны для того, чтобы иметь возможность сравнить данные исторического ряда 1997-2011 гг. с данными первого квартала 2012 г.

Этапы:
В 1997-99 г. федеральный бюджет сводился с дефицитом – как с включением, так и тем более с исключением нефтегазовой компоненты (нефтегазового гранта). (Следует отметить, что нефтегазовые доходы федерального бюджета в целом в 1998 г. по сравнению с 1997 г. остались неизменными – на уровне 1,4% ВВП. Поэтому динамика мировых нефтяных цен в принципе не могла ни повлиять на российский бюджетный и долговой кризис 1998 г., ни тем более вызвать его).

Шесть лет с 2000 г. по 2005 г. – это период проведения наиболее ответственной бюджетной политики в современной истории России. Ненефтегазовый бюджет сводился в среднем с небольшим профицитом в размере 0,7% ВВП, весь бюджет (включая нефтегазовый грант) – с профицитом 4,7% ВВП.

В 2006-07 гг. началось постепенное, поначалу почти незаметное, ослабление бюджетной политики – ненефтегазовый профицит бюджета сменился его дефицитом в размере 1,8% ВВП (ухудшение ненефтегазового бюджетного баланса составило 2,5 процентного пункта ВВП).

Во время кризиса 2008-09 гг. произошло дальнейшее, на этот раз более существенное, ослабление бюджетной политики – на 3,7 п.п. ВВП – ненефтегазовый бюджетный дефицит был увеличен до 5,5% ВВП, тем самым он превысил показатель даже кризисных 1997-99 гг.

В 2010-11 гг. – уже после завершения кризиса 2008-09 гг., во время шедшего в стране экономического подъема, – было произведено самое значительное ухудшение качества бюджетной политики. Ненефтегазовый дефицит был увеличен еще на 4,5 п.п. ВВП – до уровня 10% ВВП, общий дефицит бюджета – до 0,5% ВВП. Историческим курьезом, очевидно, следует считать тот факт, что в том самом 2010 году, когда ненефтегазовый дефицит российского федерального бюджета в целом за год составил рекордную в истории страны величину 12,6% ВВП (общий дефицит бюджета – 2,5% ВВП), британский журнал «Euromoney» назвал бывшего тогда министром финансов Алексея Кудрина лучшим министром финансов года.

В 2012 г. (в 1 квартале) продолжилось быстрое ухудшение качества бюджетной политики – ненефтегазовый дефицит федерального бюджета был увеличен до 12,5% ВВП. Иными словами, он оказался еще на 2,5 п.п. ВВП больше среднего показателя для первых кварталов 2010 г. и 2011 г., в том числе на 4,3 п.п. ВВП больше показателя первого квартала 2011 г.

П.С. от 22.06.2012:
Нам нужно понизить опасно высокую планку ненефтегазового дефицита.
http://aillarionov.livejournal.com/435681.html



На предыдущий пост, размещенный и в этом блоге и на сайте «Эха Москвы», поступило несколько просьб, вопросов и комментариев.
Отвечаю на некоторые из них с небольшими пояснениями.

1. «Дайте значения по целым годам, не только по первым кварталам».
Пожалуйста.



2. «Почему периоды на графиках в этом посте и в предыдущем посте разные?»
Из-за различий в доступности для исследователя сопоставимых годовых и квартальных данных длительность временного ряда на графике в этом посте, во-первых, немного больше, во-вторых, немного смещена по сравнению с графиком в предыдущем посту. Данные 2012 г. (1 квартал) на график в этом посту не попали в силу своей несопоставимости с годовыми данными представленного здесь исторического ряда.

3. «Почему это важно?»
Величина бюджетного дефицита за вычетом нефтегазовых доходов (т.е. величина т.н. «ненефтегазового дефицита федерального бюджета») позволяет оценить вклад в итоговый результат бюджетной политики усилий непосредственно самих властей – с устранением влияния на этот результат мировой ценовой конъюнктуры. Поэтому эта величина – важнейший индикатор качества проводимой бюджетной политики.

4. «Кто шил костюм?»
Основными авторами проведения бюджетной политики являются:

- в условиях полудемократического политического режима (Россия 1994-99 г.):
премьер-министр, профильный вице-премьер, министр финансов (в 1995-98 гг. – также председатель Центробанка);

- в условиях мягкого авторитарного режима (Россия 2000-03 гг.):
президент, премьер-министр, министр финансов;

- в условиях жесткого авторитарного режима (Россия 2004-11 гг.):
фактический лидер режима и его министр финансов.

Следует отметить, что с ужесточением политического режима число лиц, влиящих на качество бюджетной политики, уменьшается. Что само по себе не гарантирует ее улучшения.

5. «Что это означает? Поясните».
По качеству бюджетной политики, проводившейся на рассматриваемом временном промежутке (1994-2011 гг.), можно выделить 7 заметно различающихся периодов, каждый из которых заслуживает быть названным по именам их главных авторов:

1. Первый период (1994 г.) – черномырдинско-дубининская бюджетная политика (далее: БП), дефицит ненефтегазового бюджета равен 10,1% ВВП. Обеспечила спорую бюджетную катастрофу, приведшую, в частности, к «черному вторнику» на валютном рынке 11 октября 1994 г., а затем к снятию С.Дубинина с поста и.о. министра финансов и В.Геращенко с поста председателя Центробанка.

2. Второй период (1995-98 гг.) – чубайсовско-дубининская БП (-4,4% ВВП). Известна также под названием «политики валютного коридора», позволившей финансировать уменьшенный дефицит бюджета иностранными кредитами при де-факто фиксированном валютном курсе. Рекомендована С.Фишером из МВФ, активно поддерживалась Е.Гайдаром, воплощена А.Чубайсом и С.Дубининым (на посту руководителя Центробанка). Обеспечила увеличение российского государственного долга более чем на 50 млрд.дол., прервала начавшийся было экономический рост, создала почти 4-хлетнюю производственную рецессию, завершившуюся блистательным валютным, бюджетным и долговым катаклизмом 1998 г. С.Алексашенко от себя пролоббировал еще мораторий на обслуживание внешних кредитов российскими коммерческими банками. Привела к увольнению (на время) с постов в госаппарате, госорганизациях и госкомпаниях С.Кириенко, С.Дубинина, С.Алексашенко, А.Чубайса. Положила крест на попытках Е.Гайдара и А.Чубайса вернуться в правительство в качестве вице-премьеров (или даже премьера) весной-летом 1998 г.

3. Третий период (1999 г.) – примаковско-задорновская БП (-2,5% ВВП). Попытка выйти из кризиса 1998 г. путем существенного снижения бюджетного дефицита и радикального сокращения государственных расходов привела к первому экономическому буму в истории современной России. Закончилась увольнениями с поста премьер-министра последовательно Е.Примакова и С.Степашина.

4. Четвертый период (2000-03 гг.) – путинско-касьяновско-кудринская БП (-0,1% ВВП). Наиболее ответственная бюджетная политика в истории современной России. Сопровождалась заметным ростом государственных расходов и даже более быстрым ростом государственных доходов в результате реформ 2000-2001 гг. Отмечена созданием Стабилизационного фонда, началом накопления его ресурсов. Завершилась арестом М.Ходорковского, началом разгрома «ЮКОСА», увольнением М.Касьянова с поста премьер-министра.

5. Пятый период (2004-07 гг.) – путинско-кудринская БП (-2,9% ВВП). Представляет первую волну заметного ухудшения качества бюджетной политики, закамуфлированного ростом мировых цен на энергоносители. Завершилась началом экономического кризиса 2008-09 гг. и первой рокировкой с участием лидера режима.

6. Шестой период (2008-09 гг.) – путинско-кудринская БП (-10,1% ВВП). Ее суть – резкое ухудшение качества бюджетной политики, частично закамуфлированное продолжавшимся ростом мировых цен на энергоносители и массированным использованием накопленных в предшествующие годы средств резервных фондов. Проводилась на фоне экономического кризиса, на смену которому пришел краткосрочный (второй в современной российской истории) экономический бум. Завершилась его (бума) убийством.

7. Седьмой период (2010-11 гг.) – путинско-кудринская БП (-11,1% ВВП). Новая, третья, волна ухудшения качества бюджетной политики, сумевшая несмотря на исторически максимальные цены на энергоносители обеспечить экономическую стагнацию в течение полутора лет. Завершилась второй рокировкой с участием лидера режима и, возможно, началом новой рецессии.

6. «Значит, одни и те же люди в разное время могут проводить разную экономическую политику?»
Да.
Качество политики, проводимой одним и тем же деятелем, может заметно различаться по периодам.
Например, в случаях действий:
- В.Геращенко на посту руководителя Центробанка в 1992-94 гг. и в 1998-2002 гг.
- В.Черномырдина на посту премьер министра в 1994 г. и в 1995-98 гг.
- В.Путина и А.Кудрина на их соответствующих постах в 2000-03 гг, в 2004-07 гг., в 2008-09 гг. и в 2010-11 гг.

7. «Период наиболее ответственной бюджетной политики».
Некоторые комментаторы на сайте «Эха», увидев фразу: «Шесть лет с 2000 г. по 2005 г. – это период проведения наиболее ответственной бюджетной политики в современной истории России» и сопоставив ее с некоторыми фактами из биографии автора данного текста, немного взволновались от возникших у них по этому поводу предположений.
Напрасно.
Упомянутый период получается в результате количественного анализа данных, характеризующих бюджетную политику, проводившуюся в первых кварталах 2000-05 гг. по сравнению с тем, какая политика проводилась до этого периода, и тем, какая политика проводилась после него.
Однако, если анализу подвергнуть бюджетную политику, проводившуюся не только в первых кварталах, а в течение всего года, то периодом проведения наиболее ответственной бюджетной политики оказывается четырехлетний период 2000-03 гг.
О коренном переломе в государственной политике, произошедшем на исходе 2003 г., мне приходилось говорить и писать неоднократно, причем впервые – тогда же, в конце 2003 г.
К этому также следует добавить (еще раз), что реальными авторами бюджетной политики в данный период времени были лица, занимавшие тогда посты президента, премьера, министра финансов. Но не советника президента. При всем уважении к должности советника и к лицу, занимавшему в то время эту должность, следует заметить, что советник президента не мог принимать и не принимал решений по осуществлению бюджетной политики. Преувеличивать масштабы его влияния на принятие решений в этой части не следует.

8. «Какие выводы следует сделать из всего этого?»
Из этих данных можно сделать немало выводов. И некоторые из них комментаторами уже сделаны.
Со своей стороны обращу внимание лишь на то, что качество бюджетной политики в шестом периоде (2008-09 гг.) оказалось идентичным качеству бюджетной политики в первом периоде (1994 г.).
А качество бюджетной политики в седьмом периоде (2010-11 гг.) оказалось ниже даже этого.
Поэтому, в частности, присвоение журналом «Евромани» звания «лучший министр финансов» А.Кудрину именно в 2010 г. (а не, например, в 2002 г.) трудно воспринимать иначе, как любопытный курьез.
Хотя можно – и как определенный знак.
Возможно, в чем-то похожий на присвоение тем же журналом такого же звания А.Чубайсу в 1997 г.
http://aillarionov.livejournal.com/435814.html