?

Log in

No account? Create an account
 
 
12 August 2013 @ 09:15 am
Доклад Язева собранию Российского газового общества, 26 июня 2013 года  

Сегодня мы подводим итоги нашей совместной работы за прошедший год.

На наших годовых собраниях мы не только отчитываемся о проделанной работе и о достигнутых успехах российской газовой отрасли, но также оцениваем ее перспективы и возможные риски. В своем докладе, учитывая ограниченность во времени и сложность тенденций, я сосредоточусь, главным образом, на рисках и на способах их устранения.

Сегодня мы имеем качественно иной ландшафт мировой экономики, чем десятилетие назад, и быструю глобализацию энергетических рынков.

Мировые энергетические рынки входят в непростую фазу своей эволюции. Для определения в новых условиях оптимальных стратегий необходим комплексный анализ активных сценариев развития. С учетом его результатов должны быть выработаны и реализованы эффективные меры обеспечения устойчивости российской экономики и ведущего для нее в настоящее время топливно-энергетического комплекса. Мировым тенденциям трудно противостоять, но их можно использовать в интересах развития собственной страны.

Если говорить об общих показателях работы российской газовой отрасли, то 2012 год был не самым удачным, особенно в сравнении с 2011 годом, когда российская компания «Газпром» стала мировым лидером по объему полученной прибыли, а независимые производители природного газа добились впечатляющих успехов. В 2012 году добыча газа, его потребление в России, экспорт в дальнее и особенно в ближнее зарубежье показали некоторое снижение. По сравнению с 2011 годом в 2012-м снизилась чистая прибыль у наших ведущих нефтегазовых компаний. Отчасти это была коррекция весьма высоких показателей предшествующего года.

Как завершили 2012 год крупнейшие мировые нефтегазовые компании? Чистая прибыль большинства из них в сравнении с 2011 годом упала, причем существенно. Многие снизили добычу газа и объемы его реализации. Как на это среагировал фондовый рынок?

С начала текущего года акции наших ведущих нефтегазовых компаний подешевели[1]. Индекс РТС с 2011 года имеет заметную тенденцию к снижению. Отчасти ее можно объяснить аналогичным поведением цен нефтяных маркеров – нефти Брент и Дубаи. Но главная тенденция – это миграция капитала из сырьевого сектора в индустриальный, прежде всего, в североамериканский. Характерна нарастающая динамика роста компаний США, которые опираются на относительно дешевую энергию, низкие ставки налогов, благоприятные условия для ведения бизнеса и конкуренцию. США за счет резкого увеличения добычи природного газа и снижения цен на него удалось обеспечить высокие темпы роста промышленного производства. По сравнению с 2009 годом их добывающая промышленность подросла на 57%, производство товаров долгосрочного потребления – на 38%, а товаров повседневного спроса – на 28,2%, розничная торговля выросла на 35%. Главные промышленные индексы фондовых рынков (S&P 500, NASDAQ и DJIA) в мае текущего года достигли рекордных значений. Европейские фондовые индексы также растут, российские снижаются.

С проблемами на фондовом рынке сталкиваются не только российские нефтегазодобывающие компании. Дешевеют акции Статойла, Шелл,Тоталь, Петробрас, RWE, Eni.

По данным Европейской комиссии в 2012 году потребление природного газа в Евросоюзе по сравнению с 2011 годом уменьшилось на 4%. В текущем году тенденция к снижению сохранилась.

Биржевая торговля природным газом в Евросоюзе продолжала развиваться. В Великобритании, Нидерландах, Бельгии, Германии, Франции, Австрии и Италии уже 83% потребляемого природного газа приобретается покупателями на торговых площадках (70% было в 2011 году). На основании спотовых контрактов в Евросоюзе в целом сегодня торгуется 44% потребляемого природного газа. В Северо-Западной Европе – 70%, а в Центральной Европе – 40%.

Собственное производство газа в Евросоюзе продолжает сокращаться. За прошлый год оно снизилось на 5%. Возможность увеличения его за счет добычи сланцевого газа пока не подтверждено и, например, в последнем прогнозе Статойла до 2040 года, даже не учитывается.

Природный газ в Европе потеснен на самом технически выгодном для него направлении – в электрогенерации. Как известно, современные парогазовые электростанции имеют коэффициент полезного использования энергии топлива около 58%. В режиме когенерации – еще больше. Но в Евросоюзе, который превыше всего ценит энергоэффективность, в 1 квартале 2013 года использование природного газа для выработки электроэнергии уменьшилось на 11% по сравнению с аналогичным периодом 2012 года, в частности в Италии на 16%, в Испании на 43%. Мощности газовой электрогенерации задействованы в течение года всего на 5-15%. А проектная экономически обоснованная норма таких станций — более 50%.

Существенно увеличилось использование угля. Во Франции на 16%, в Германии на 3%, в Португалии на 38%. В целом использование угля в ЕС увеличилось на 2%, а его импорт – на 9%.

Все это не могло не повлиять на экспорт российского природного газа. В прошлом году он уменьшился на 3,5% в дальнее зарубежье и более чем на 12% — в ближнее. Хотя экспорт газа в дальнее зарубежье за пять месяцев этого года вырос на 6,9%, но в ближнее зарубежье он сократился на 19%. В итоге за 5 месяцев общий экспорт газа снизился на 3,4% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Мировая торговля сжиженным природным газом последние два года практически не растет, а в Евросоюзе упала до уровня конца кризисного 2008 года. Только в 2012 году — на 31% по сравнению с 2011 годом, а импорт СПГ в Великобританию упал вдвое. Первый квартал текущего года не стал исключением. Импорт СПГ в Великобританию сократился на 52%, в Бельгию – на 61% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Причины сложившейся в Европе ситуации многократно назывались. Это политика энергосбережения и повышения энергетической эффективности, стремительный рост возобновляемой энергетики (ветровой и солнечной), снижение цен на уголь и увеличение его экспорта из США, Колумбии, России и т.п., медленное восстановление темпов экономического роста в Европе. Но главный для российского экспорта фактор – это скоординированная энергетическая политика стран ОЭСР, направленная на снижение зависимости от импорта ключевых энергоносителей из стран, не входящих в эту организацию. Поэтому трудно ожидать, что в среднесрочной перспективе ситуация с поставками российского природного газа в Европу может существенно улучшиться. Возникшие проблемы рыночного блокирования газовой электроэнергетики ветровыми и солнечными генераторами, а также угольной генерацией, могут даже усилиться по мере интеграции европейских сетей электропередач.

В странах ближнего зарубежья также трудно ожидать резкого увеличения сбыта природного газа по экономическим причинам.

Рынок Азиатско-Тихоокеанского региона пока остается премиальным для экспортеров сжиженного природного газа, несмотря на растущую конкуренцию между ними. Наметившаяся возможность поставок российского природного газа в Китай и проекты создания мощностей по производству СПГ – это хорошая тенденция. К тому же она будет стимулировать развитие газопереработки и газохимии на Дальнем Востоке, что повысит экономическую эффективность экспорта природного газа в Китай.

Пока в мире доминируют долгосрочные контракты на поставку природного газа с привязкой цен к нефтепродуктовой корзине, хотя их доля в общих поставках снижается. Мы последовательно отстаиваем обоснованность такого подхода, но в новых условиях усиливаются риски из-за нарастания возможностей манипулирования ценами на нефть. Вспомним, в 1985 и в 1998 годы мировая цена на нефть падала в 2 раза. В 2008 году нефть резко подешевела почти в 3 раза. Последнее падение цен на нефть могло быть также двукратным, но США тогда начали продавать нефть из стратегического резерва и еще ниже уронили цены. Каждое из этих событий ставило экономику нашей страны в очень непростое положение. Заметим, тогда речь о добыче сланцевой нефти в больших масштабах еще не шла. Говорили лишь о битуминозных песках в Альберте (Канада). Сегодня, когда добыча сланцевой нефти стремительно увеличивается, возможности манипулирования ценами на нефть странами ОЭСР становятся неограниченными. США это выгодно, так как при снижении цен на нефть они получают дополнительные стимулы к промышленному росту, и дополнительные доходы из-за увеличения разницы между входными ценами и ценами для конечных потребителей.

Кстати, на этом фоне цены на электроэнергию в странах Еврозоны не имели таких глубоких провалов в кризисный период как цены на нефть. Цены на электроэнергию для промышленности в острой фазе кризиса снизились лишь на 30%, а цены для домохозяйств кризиса практически не заметили и продолжали расти.

В условиях усиления международной напряженности надо обратить самое серьезное внимание на нефтеценовые риски и защитить российский газовый экспорт от возможных ценовых войн.

В ближайшие годы будет нарастать замещение нефтяного моторного топлива альтернативным, в том числе и газовым. Страны ОЭСР и особенно США неуклонно стремятся к сокращению импорта нефти. Потенциал ускоренного роста производства биотоплива почти исчерпан. США в свое время очень быстро увеличили его производство, но последние 3 года оно уже не растет, а в 2012 году даже снизилось. В этой ситуации неплохие перспективы на транспорте открываются у природного газа, но и здесь имеются свои ограничители. В США наибольшая востребованность газомоторного топлива в виде именно сжиженного природного газа прогнозируется в секторе автомобильных грузовых перевозок. Легковой автотранспорт в развитых странах ориентируется на электрический привод и на жидкое топливо, которое может быть получено из угля, биомассы и органических отходов. Цена на газ для легкового автотранспорта в США согласно прогнозу существенно превысит цену газа, потребляемого домохозяйствами.

В России газификация транспорта может быть наиболее эффективной в секторе железнодорожных и дальних грузовых автоперевозок. В части развития локомотивного транспорта на сжиженном природном газе мы имеем хорошие заделы, и не только находимся в мировом тренде, но и занимаем передовые позиции. Очевидно, в этом секторе и вложения в инфраструктуру будут эффективнее, чем в городскую газонаполнительную. Это очень перспективная рыночная ниша, и ее нельзя отдавать.

По мере обострения проблемы замещения нефтяного моторного топлива развитые страны мира будут осознавать, что неравномерная генерация на основе возобновляемых источников энергии наилучшим образом сочетается с электромобилями, поскольку легковой автотранспорт также используются неравномерно. Здравый смысл подсказывает, что ветряная и солнечная энергетика будет в большей степени ориентироваться на транспорт, чем мешать базовой энергетике и лучшим по показателям парогазовым когенерационным электростанциям. При этом автоматически решится проблема аккумулирования энергии, вырабатываемой объектами возобновляемой энергетики, так как каждая транспортная единица с электроприводом содержит емкий аккумулятор. Цены на аккумуляторы, кстати, в ближайшие десятилетия снизятся в несколько раз. Поэтому в будущем природный газ сможет вернуть нишу в большой электроэнергетике Европы, которую сегодня «кошмарит» возобновляемая энергетика. Кстати, коэффициент полезного использования энергии природного газа гораздо выше у когенерационных парогазовых установок, чем у двигателей внутреннего сгорания. Это отдаленная перспектива, но ее нужно почувствовать уже сегодня.

К такому решению подталкивают и более жесткие экологические требования к транспорту, который, как известно, является одним из главных источников выбросов парниковых газов. В этом смысле природный газ лучше нефтепродуктов, но и он по чистоте выбросов уступает электрическому приводу. Кроме того, захват и хранение углекислого газа, над чем работает Евросоюз, выгоднее осуществлять на больших производственных объектах, чем на отдельных автомобилях.

А пока на данном этапе возможности пропаганды очевидных преимуществ природного газа практически израсходованы. Потенциал пропаганды снижения зависимости от импорта энергоносителей из стран, не входящих в ОЭСР, оказался значительно выше. Угроза исчерпания мировой ресурсной базы для добычи природного газа в среднесрочной перспективе снята. Потенциал сектора сжиженного природного газа, включая соответствующую инфраструктуру, не загружен полностью и будет расти в долгосрочной перспективе. В итоге, ограничения предложения природного газа на энергетических рынках становятся не существенными. Поэтому, сегодня главная проблема — это поддержание и увеличение спроса на природный газ. Но здесь нужно учитывать региональные особенности. В США после прошлогоднего двукратного повышения цены на газ доля угля в электроэнергетике вновь возросла с 32 до 40%, а газа снизилась до 25%. Сократилось число буровых установок, которые бурят на сланцевый газ. Каких объемов в США достигнет экспорт СПГ, покажет время. Пока они представляются завышенными и политическим мотивированными.

Спрос в Евросоюзе по причинам, которые я перечислял, не будет расти приемлемыми для планов нашего экспорта темпами. При этом мы сможем рассчитывать только на часть прироста потребления газа из-за политики ЕС по диверсификации источников поставок. Замещение нефтепродуктов на природный газ в транспортном секторе не является для Европы привлекательной альтернативой, поскольку не снижает ее зависимости от импортных поставок энергоносителей. Проблема снижения выбросов парниковых газов на транспорте в ближайшее время будет решаться повышением экономичности автомобилей и улучшением логистики.

Спрос в Азиатско-Тихоокеанском регионе на природный газ, скорее всего, будет возрастать в соответствии с базовыми прогнозами, несмотря на впечатляющие успехи Китая в использовании возобновляемых источников энергии и в большой гидроэнергетике.

Наиболее привлекательным может оказаться внутренний российский рынок природного газа, но лишь при условии быстрого развития российского промышленного сектора. И здесь мы должны посмотреть правде в глаза. Мы повсеместно используем относительные процентные характеристики роста экономики. Это неверно и опасно, так как у нас более низкая исходная база. Даже если темпы роста нашего ВВП достигнут, допустим, 4-х процентов, то это будет по-прежнему означать, что отставание нашей экономики от США, Европы, Китая, Индии, Бразилии увеличивается. Чтобы не отставать, темпы роста экономики следует увеличить как минимум вдвое. Сырьевой экспорт таких приростов российской экономике даже теоретически обеспечить не сможет. Надо ответственно признать, этап социально-экономического развития России за счет экспорта минерально-сырьевых ресурсов заканчивается. Рассчитывать на темпы роста цен на нефть и природный газ, какими они были в первом десятилетии нынешнего века – утопия. Далее судьбу экономики России и ее топливно-энергетического комплекса станет определять реальный рост отечественной промышленности и реальный рост внутреннего спроса на ее продукцию. Быстрым ростом промышленности мог бы стимулироваться топливно-энергетический комплекс, а он, в свою очередь, создавал бы условия для развития топливно-энергетического комплекса и экономики в целом. Но быстрый рост промышленности может быть обеспечен только при относительно низких затратах на энергию. Промышленность всех крупных экономик, как известно, выросла на дешевом угле. Китай добывает угля больше всех в мире потому, что лидирует по темпам роста промышленности, а не только потому, что обладает крупными запасами угля.

При высоких ценах на энергию российская промышленная продукция не сможет выдержать мировой конкуренции, к тому же в условиях членства России в ВТО. Следовательно, рост цен на газ и рост спроса на газ должны идти в паре с повышением энергетической эффективности в секторе потребления энергии. Изменения в топливно-энергетическом комплексе должны сопровождаться одновременным снижением доли потребляемых энергоресурсов в себестоимости продукции. В противном случае при всех вложениях в ТЭК может быть получен негативный результат для экономики страны и автоматически для топливно-энергетического комплекса. Задача сложная. Очень сложная. Но решать ее нужно именно в такой постановке, с учетом названных диалектических противоречий.

Освоение новых труднодоступных месторождений природного газа и создание инфраструктуры для его доставки на рынки не может осуществляться без бюджетной поддержки. Она, как мы поняли из бюджетного послания Президента России, в ближайшие годы при всем желании существенно увеличиться не сможет. Поэтому решающее слово скажут результаты научных исследований и новейшие технологии.

Я не сгущаю краски. Чтобы в этом убедиться, достаточно внимательно прочитать выступления Президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина на Петербургском международном экономическом форуме.
...
http://gb2012.ru/?p=5827